nai2008

Categories:

Малоизвестные битвы. Арне-ле-Дюк, 1570

Искать и рыть исследования ВПС начал, как часто бывает. с беглого упоминания Арне-ле-Дюка как «одного из ранних триумфов стрелков без поддержки пик». Интересно же. Вообще эта битва одна из немногих полевых (в широком смысле) сражений религиозных войн во Франции, она же, похоже, окончательно вынудила двор заканчивать с третьим по счёту конфликтом и подписывать мир, но — по какой-то причине не расписана в исследованиях подробно.

Возможно, дело в том, что это был, по словам одного из авторов, всего лишь большого размаха «skirmish, hot and furious»: не было столкновений пиконосных коробок, конной сечи на флангах (коннице роялистов вообще не дали толком развернуться), а потому вроде как и не совсем битва. (Кстати, планирую в ближайшее время выпустить несколько текстов о «почти сражениях / юбер-скирмишах»... в т.ч. и в свете их отыгрыша в настолке, разумеется; Арне-ле-Дюк пусть и станет пилотным проектом).

Возможно, ещё и потому, что интересующемуся читателю доступно куда меньше деталей. Один, редко 2 абзаца, а то и вообще пара строчек. Вуд расписал на целые три страницы, с таблицами — но финансовую сторону вопроса, и то только за роялистов. Оч.интересно, но не совсем то.

Итак, что нашлось.

Идёт третья религиозная война, и баланс сил складывается не в пользу протестантов. Достаточно никакая победа при Ла-Рош-Лабейль (ровно за год до Арне-ле-Дюка) не перевешивала поражений при Жарнаке и Монконтуре. Колиньи смог отступить с оставшимися войсками на юг, где собрал подкрепления и объединился с  местными сторонниками. Не стоит забывать, что всякая подобная война — это ещё и весьма активные бодания на местном уровне; в тени основных враждующих сторон отдельные армии, отряды и шайки более или менее «под флагом» основного конфликта решают местные, иногда откровенно эгоистические задачи. Так что объединяться почти всегда есть с кем. Затем протестанты, «германская и французская конница и аркебузиры, посаженные на коней» двинулись на север. Попытки королевских губернаторов и отдельных  роялистских военачальников остановить его успеха не имели, местами движение армии Колиньи по собственной стране напоминало классическое шеваше (Coligny held the whole country in fear and trouble, отмечает историк религиозных войн). По той же схеме и с тем же успехом — рейд мобильных частей, поражение по частями отдельных отрядов врага и его региональных сторонников — через 60 с небольшим лет по германским землям прокатится и генерал Паппенгейм. Пройдя в несколько месяцев около 300 лиг, небольшая (но, видимо, изрядно разбогатевшая) армия гугенотов оказалась в неприятной близости от Парижа. Давление на двор и было одной из важных целей кампании, разумеется.

Как говорится в одном сорсбуке, «The King always has more men», но летом 1570 года был не тот случай. Т.е. люди-то были — не было на них денег. Путём титанических усилий (когда стало понято, что региональные strongmen не потянут, Колиньи придётся  останавливать за счёт ресурсов короны, а иначе оно дороже выйдет), наскребли на армию маршала Коссе. Почти наскребли. 435 250 ливров почти хватило на:

— первый месяц жалования швейцарцам (8000 человек) и французской пехоте, спешно набранной на севере (8200 человек, и я знаю, на ком из этой пары планировали экономить в первую очередь);

—  первые два месяца жалования рейтарам (3000), командному составу и штабу;

— авансовые выплаты поставщикам;

«Последние жандармы королевства», призванные под знамёна Коссе и артиллерия должны были, теоретически, кормиться из собственных, отдельных источников финансирования. Теория оказалась традиционно суха, а древо жизни зазеленело так, что, например, артпарк пришлось временно оплачивать из общеармейских денег. Что с жандармами — Вуд не расписывает. Но, учитывая, что, по его же подсчётам, они в среднем за войну получили примерно каждое второе жалование, вряд ли сильно лучше.

 Всего же армия «ценой более 300 000 ливров в месяц» оказалась обеспечена на первый месяц аж на 69% от необходимого — в основном за счёт займов разной степени добровольности. Из налогов расходы на армию не покрывались и на треть. Но тем не менее она была, и даже выдвинулась из места сбора, Орлеана, в направлении первой задачи (Ла Шарите — «основного протестантского оплота/арсенала на Луаре»). Получив приказ оперативно перехватить вновь марширующего на север Колиньи, маршал взял восточнее изначального маршрута и обе армии сошлись у города Арне-ле-Дюк. (Протестанты, собственно, нацеливались взять и разграбить город по соседству, чтобы «солдаты могли получить отдых и провиант» — да, организация комиссариата отличалась некой специфичностью), но оказались вынуждены готовится к бою.

Численность сторон: у католиков, по одной версии, 4000 швейцарцев, 6000 французской пехоты и 3000 конницы, по другой — по 6 тысяч пехоты обеих наций и несколько менее 4т.конницы. Плюс 12 пушек, которых гугеноты не имели вообще. Численность протестантов те же авторы дают в 2500 аркебузиров и 2000 конницы / «не имел и 6000 человек», соответственно. Т.е. существенный количественный и качественный (швейцарские пики, жандармы) перевес. Маршал рассчитывал на усталость и упадок духа врага после долгих маршей, на потери от болезней, дезертирства и бесконечных малых стычек, но сам не торопился, шёл достаточно осторожно — и этим дал время протестантам выбрать поле боя, почти полностью обнулившее сильные стороны королевской армии.

Гугеноты встали за рекой (ручьём, по другой версии), в холмистой местности. За спиной был лес, пруды ограничивали поле боя минимум с одной стороны. Также между армиями стояли 2 водяные мельницы, обе заняты гугенотскими отрядами. Пехота стояла за всеми возможными укрытиями вроде заборов и оград. (Колиньи нечем было останавливать каток из 6000 швейцарцев — и он сделал всё, чтобы и не пришлось останавливать.) Конница, «примерно поровну из лучше оснащённых французов и германских всадников, победнее» была разбита на «множество эскадронов» (15?) и размещена в 15 местах для поддержки пеших стрелков.

 Под прикрытием артогня (будущий король Генрих IV вспоминал позднее, как ядро убило некоего дворянина поблизости от него) роялисты двинулись в бой. Большую часть дня они пытались перейти водную преграду, но были каждый раз отброшены ружейным огнём и атаками протестантской конницы (надо заметить, что у французской королевской армии прямо традиция какая-то, пытаться напором и храбростью в лоб одолеть укрепления и огнестрел). Скорее всего, швейцарцев подводила их one-trick-unit натура и недостаток стрелков, французы, наоборот, не имели достаточно пик и доспехов для штурмового удара через ручей (or possibly Mork или мелкую реку). А коннице не давали толком построиться — рейтарам в колонны, жандармам в линию... Попытка прорваться на фланге, у прудов, успеха также не имела. Вечером Коссе отвёл свою армию назад.

Он и в третий раз ходил за ёлкой вновь появился на своём берегу на следующее утро, вновь обстреливал противника из орудий, но уже «не желал атаковать, а у Колиньи не было к тому никаких резонов»(С). Роялисты вновь отступили в свой лагерь, а вечером Колиньи уйдёт в Ла Шарите.

Потери не упоминаются в исследованиях, говорится лишь о «существенном уроне» роялистов и «меньших потерях» гугенотов. Чисто умозрительно можно заключить, что речь может идти о нескольких сотнях убитых-раненых с каждой стороны.

Вялая победа «по очкам» возросла в значении за счёт общей картины. Королевская армия не смогла разбить вдвое (как минимум) слабейшего врага, который перед тем разорял лояльные провинции — это не тот message, с которым можно сплотить верных слуг против еретической угрозы. Финансовые же трудности (мягко говоря) короны и вовсе сделали сражение при Арне-ле-Дюке решительной победой гугенотов. Третью войну вскоре завершит мирный договор — который опять никого особо не устроит.

Интересные моменты: 

Практически, Колиньи устроил роялистам штурм укреплений. Ров, передовые бастионы-мельницы. Вот куртину только пришлось делать мобильную, кавалерийскую.

Особенности сражения, кмк, позволяют говорить о нём как скорее об «юбер-скирмише». Прежде всего размах: Коссе использует почему-то лишь часть войск (куда он дел 2 т., если не все 4, швейцарцев и 2000 с лишним французов, интересно?), со стороны гугенотов вообще скорее «летучая колонна» без артиллерии, чем полноценная полевая армия. Ход боя сводится к перестрелке при поддержке атак пехоты (со стороны роялистов) и конницы, тогда как в решительном полевом сражении бывает обычно наоборот. Потери сравнительно невысоки. Стороны после столкновения достаточно спокойно расходятся.  

Безусловный герой дня у гугенотов. Хотя мы и не знаем, сколько раз ему на помощь приходила в тот день конница. Ну, и очень уж чисто одет и хорошо снаряжён...
Безусловный герой дня у гугенотов. Хотя мы и не знаем, сколько раз ему на помощь приходила в тот день конница. Ну, и очень уж чисто одет и хорошо снаряжён...

Удачи,


Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.